Маслодельня социопата (sociopat_dairy) wrote,
Маслодельня социопата
sociopat_dairy

Category:

Американский коп татарин Виктор

- А-а-а, - закричал я, радуясь, что удача, похоже, решила ко мне вернуться. – Так ты русский?

- Татарин. Я вас завоевал. А потом свалил от вас, потому что у вас оказался гребаный бардак. А мы, татары, бардак не любим.

- Русский, - сказал я, широко улыбаясь. Чувство юмора сразу расположило меня к этому парню.

Напарник у него был черным. И угрюмым. Он что-то спросил у «русского». Тот ответил. Чернокожий кивнул.

- Я пояснил Фрэнку, что мы с тобой из одной кантри, и будет проще, если я с тобой поговорю…

- Хорошо, - я кивнул с готовностью. К этому копу-татарину из России, хоть он нашу страну и недолюбливал, я проникся доверием с первой же минуты. Было в нем что-то от доброго сказочного богатыря. Хоть и татарин, а походил он на Добрыню Никитича.

- Итак, как ты себя чувствуешь?

- Хреново.

- Стоп. Если тебе совсем хреново, то поехали в хоспитал. Там тебя обследуют…

- Нет, ну не настолько хреново. По морде огреб просто.

- А вдруг у тебя внутреннее кровотечение? – с сомнением сказал он. – В хоспитал все равно придется поехать. Ты давай, собирайся…

- Да я, собственно, уже собран.

- Не понял. У тебя вещей больше никаких нет?!

- У меня украли все вещи, - радостно заявил я. – И паспорт украли.

- А водительские права?

- А прав у меня и не было.

Тут полисмен посмотрел на меня с нехорошим интересом, и я понял, что сморозил что-то не то.

- Не привез с собой. А здесь не успел получить.

- Понятно. Давно из Союза?

- Недавно. Месяц, может.

- То-то я смотрю. Так тебя, значит, ограбили? Украли все документы? Раздели? Избили? Так?

- Ну да.

- Изнасиловали?

- Что?

- Я спрашиваю – изнасиловали?

- Нет, конечно.

- Так я и знал… - Я понял, что Виктор так шутит. Наверное. - Ну поехали в офис. – сказал он.

- А как же хоспитал?

- Да я подумал тут… у нас там врач есть, осмотрит тебя… Ты, вроде, в норме. У тебя же медикэйр отсутствует, я так понимаю?

- Угу, - горестно подтвердил я.

- Всё с тобой понятно. А в Штаты ты как приехал?

Я смекнул, что дело принимает нехороший оборот.

- Извини, тебя как зовут?

- Виктор.

- А я Степан. Степа. – Руку я ему протягивать не стал. Не был уверен, что он ее пожмет. Он же не знает, с кем имеет дело – может, я закоренелый преступник, какой-нибудь киллер русской мафии. – Слушай, Виктор, мне действительно очень, очень нужна помощь. Видишь, в какой жопе я оказался. Ты, когда по-русски со мной заговорил, я сразу понял, что все будет хорошо. Ведь мы же русские люди, ну то есть соотечественники, должны помогать друг другу.

- Лиссен ту ми, друг, - Виктор поморщился, - это в Совке все друг за дружку. А здесь каждый сам за себя. Живет, как может. Понял? И на вопрос ответь. Желательно, честно. И быстро. Ты в Штаты по какой визе приехал?

- По туристической.

- И когда она у тебя заканчивается?

- Закончилась уже.

Виктор помрачнел.

- Ну чего… ты, друг, извини, но мне придется вызвать айсов. Ничего личного. Работа такая.

- Ты меня неправильно понял. У меня есть адвокат. И я уже был в иммиграционной тюрьме. Но оттуда меня вытащили. За залог по поручительству. И теперь я жду суда.

- Как зовут адвоката?

- Иосиф Хейфец.

- Координаты его есть? Телефон, чтобы позвонить – подтвердить твою личность?

- Я визитку в паспорт вложил. А паспорт украли.

- Понятно. Ну, чего, поехали в офис. Там пробьем по базе твоего адвоката. Он из Большого Яблока?

- Да, конечно, он местный.

- Тогда найдем его. По-о-однимем среди ночи… - почти пропел Виктор. – Эх, люблю я будить адвокатов. Фрэнк, - обратился он коллеге. – Вот ду ю финк эбоут лоерс?

- I hate them, - ответил Фрэнк и отвернулся. Виктор засмеялся. – Ладно, не парься, как говорят в Совке, соотечественник. Мы хоть и со сложным характером, но правильные копы. Поможем тебе, чем сможем. Да, Фрэнк?

- Йэ, - пробасил негр.

Я просиял.



Вскоре я уже сидел в полицейской машине, на заднем сиденье – за решеткой. Но разговаривать это не мешало.

- Так кто, ты говоришь, тебя ограбил? – спросил Виктор.

- Какой-то странный тип. То ли баба, то ли мужик. Лето, а он в шапке. Бейсболка. С ушами. И в перчатках без пальцев. Черный, само собой. Белки глаз у него такие желтые еще. Как будто он болеет чем-то. Хилый. Весит килограммов сорок. Будто из концлагеря.

- Такой болезный, и такого нормального русского мужика грабанул?

- Так уж получилось… Я отвернулся. Он меня по голове ударил чем-то тяжелым.

- Голова не болит? Все хорошо помнишь?

- Да, вроде, прошла.

- Наверное, этот хилый катил тележку, набитую банками и всяким хламом?

- Точно! – вскричал я, пораженный до глубины души.

- Ну, все понятно. Знаю я этого типа. Это наркоша один. Наш стукач. Обычно он такими делами не балуется. Но, видно, не хотел случай упускать. Очень ты ему понравился.

Виктор замолчал.

- Вы прямо, как из «Смертельного оружия», парни, – сказал я через некоторое время.

- Мэл Гибсон? – отозвался Виктор. - Я думал, что больше похож на Эрика Робертса. Знаешь Эрика Робертса?



- Лично нет. Но я читал, что он плохо обращался с сестрой.

- Очень плохо. Проигрывал ее в карты. Но это все селебрити-слухи, мэн. Лично я в это не верю. Пиар. Понимаешь?

- Пи-ар? – переспросил я.

Слово «пиар» тогда еще было не в ходу в России.

- Сразу видно, что в Штатах ты недавно. А я тринадцать лет. Ты бы хотел, чтобы у тебя была репутация парня, который проигрывал свою сестру в карты?

- Нет, конечно.

- Вот видишь. А Эрик Робертс хочет. Это называется пиар. Он кажется плохим. У него харизма отъявленного негодяя и преступника, и ему дают хорошие роли. Так это все работает.

Виктор принялся рассуждать о киношниках, что – все они люди со странностями, что он раньше жил в Лос-Анхелесе (так он называл этот город), так там нормального человека не встретишь. Каждая официантка, каждый парикмахер, любой бездомный на улице – все актеры.

- Человек снялся в эпизоде в картине «Жирные ляжки-5», а гонору, как будто он сам Мэл Гибсон. Хотя Гибсон, говорят, парень не плохой… Во всяком случае, про него не рассказывают, что он проигрывал свою сестру в карты. Католик. Пятеро или шестеро детей. Точно не скажу. Живет на своей ферме. Выращивает кукурузу. Уважаю его за это. А эти, в Голливуде…

- А ты в полиции Бронкса один русский? – спросил я, чтобы поддержать беседу.

- Татарин, - поправил Виктор. – Да есть там у нас еще одна. Тоже русская, - он хмыкнул. – Мы с ней, правда, не разговариваем третий день. С тех пор как это сучка на меня выплеснула суп?

- Что сделала?

- Супом горячим плеснула в столовой. Она у нас немножко не в себе. ФЕминист. Считает, что все мужики шовинистс и ущемляют ее права. А еще подозревает нас в секшуал харразмент. Поэтому ее все обходят стороной.

- В чем подозревает?

- Ну ты совсем отсталый… Секшуал харразмент. Это домогательства. Когда мужик намекает на секс. Делает дёрти, очень дёрти, грязные, намёки. Уразумел?

- И что тут такого?

- За это можно хорошо огрести. И одним штрафом не отделаешься.

- А как же с женщинами заигрывать? Чтобы они поняли, что ты в них заинтересован?

- А никак. Потому что они любой намек могут расценить, как секшуал харразмент. Вот ты ей говоришь, к примеру, комплимент. «Ты сегодня отлично выглядишь, Кейт». А потом тебя вызывает капитан. «Ну что, извращенец, ты почему клеишься к Кейт Лобкофф?» Ты такой: «Я?! Капитан, да я ни сном, ни духом… Да она мне даже не нравится». А он ничего слушать не хочет. Вот ее рапорт. Я пока попридержу его. Но если это снова повторится…

По тому, как Виктор в красках описывал эту сцену, я понял, что она происходила на самом деле, и подивился, как в Америке странно обстоит дело с общением между полами.

- Зато она тебе может сказать, что угодно. «Отлично у тебя, Виктор, сегодня член из брюк выпирает. Пойдем трахаться сегодня вечером». И это нормально. Хотя можно, конечно, тоже на нее рапорт накатать. Но ты ведь мужик. Такое делать - западло. Да и другие копы не поймут. Даже Фрэнк, и тот не поймет, хоть он и не совсем мужик. Да, Фрэнк?

- Йэ.

Парочка, конечно, была колоритная. Мне понравилось кататься с Фрэнком и Виктором по району, только я не понимал, почему мы никак не приедем. Не может же участок находиться черт знает где. У меня сложилось впечатление, что мы ездим по кругу. Ну да, вот этот белый обшарпанный дом с покосившейся вывеской мы точно проезжали.

- А куда мы едем? – спросил я.

- Ты же просил тебе помочь… Вот, помогаю по мере сил. Расслабься. Это мой район…

- Ясно. – Я решил довериться Виктору. Он производил впечатление человека, который знает, что делает.

- Меня поначалу хотели с Кейт в смену ставить. Прикинь? После такого-то. Но я - ни в какую. Капитан раскричался. А он у нас суровый малый. Хули ты, говорит, права качаешь? Если надо будет, ты даже с Фрэнком будешь ездить. – Виктор кивнул на своего напарника. – С Фрэнком же никто не хотел работать. А я говорю, окей – давайте я буду с Фрэнком, мне, в принципе, по хрену. Все лучше, чем с Кэйт.

- А чем Фрэнк всем не угодил? Тяжелый характер? – Я подумал, что за все время, пока мы общались, чернокожий коп даже ни разу не улыбнулся. Хотя американцы обычно источают радость жизни по поводу и без, оскаливая хорошо отбеленную пасть. И говорил редко – отрывистыми предложениями.



- А он - гей, - сказал Виктор.

- Гей? В полиции?

- Ну и что. Это в России все скрывают ориентэйшн. Хотя наверняка их везде полно. А Америка – свободная страна. Тут каждый живет, как хочет. У нас тут весь шоу-бизнес – сплошные геи, киношники тоже, артисты всякие, парикмахеры, стилисты, дизайнеры, даже политики – иногда прямо заявляют – люблю, мол, мужикам впердолить по самые гланды. И ничего, работают потом… Я их в Лос-Анхелесе насмотрелся. Некоторые даже не геи, но за то, чтобы в кино сняться, готовы продюсеру отсосать… Но Фрэнк, конечно, скрывал поначалу. Но потом как-то так получилось, что все всё равно всё узнали. Сначала слушок прошел. А потом парочка наших ездила по делу в гей-бар. Там у них рейд был, облава, одного дилера брали. А у Фрэнка как раз выходной был. Они его там и застали. В коже. Фуражке. И с каким-то пидором в обнимку. Фрэнк, - обратился Виктор к напарнику и перешел на английский: - Я рассказываю Степану, что ты гей. Ничего?

Фрэнк безразлично пожал плечами – мол, мне все равно.

- Интересно, - сказал я. – Никогда бы не подумал.

- Так он эктив. Был бы пэссив, сразу было бы заметно. А так – Фрэнк совсем, как мужик. Качается. На стрельбах один из лучших. Нормативы у него лучше, чем у меня.

- Целоваться не лез?

- Чего-о-о?! – взревел Виктор. – Ты свои шуточки брось. А то я помогать тебе быстро брошу. Даже адвоката твоего искать не буду. Засажу тебя в твоем голожопом виде в камеру, и будешь там сидеть до выяснения личности.

- Да это же шутка была, - испугался я.

- Шутник значит… Так, стоп, здесь. Фрэнки, парк хиа, плиз. Вот тут этот маза факер живет. В принципе, должен быть дома. А если он дома, тебе крупно повезло…

- Спасибо!

- Погоди, рано благодарить.

Виктор вылез из машины, взял наперевес резиновую дубинку с боковой ручкой и направился к ближайшему дому, такого убого вида, что даже входную дверь кто-то снял и утащил. А может, ее изначально не стали ставить… Не заходя внутрь, Виктор постучал дубинкой по дверному косяку. Что-то прокричал по-английски… Оглянулся. Фрэнк тоже выбрался наружу, и спокойно наблюдал за напарником. Я сидел в салоне, припав к стеклу.

Наверное, из-за зажатой в руке дубинки казалось, что Виктор сильно рискует. Из-за меня, между прочим. Хороший все же парень! Решил мне помочь, хоть и видит меня в первый раз. Впрочем, это его работа – помогать тем, кто попал в неприятности. Он же коп. Что это я расчувствовался?

Он еще раз стукнул по косяку и скрылся внутри дома. Через несколько минут появился. Сел в машину. И сказал:

- Никого живого. Не повезло.

- А он так и живет без двери? Заходи, кто хочешь? Бери, что хочешь?

- Там внутри вонючий притон. Хочешь посмотреть? Наркоши валяются в собственной блевотине и ссанье. Зрелище незабываемое.

- Спасибо, я, пожалуй, обойдусь.

- Ну и правильно… Фрэнк, - крикнул Виктор. – Летс го. Поехали на базу.

Начало:
1. http://sociopat-dairy.livejournal.com/92805.html
2. http://sociopat-dairy.livejournal.com/93324.html
3. http://sociopat-dairy.livejournal.com/93812.html
4. http://sociopat-dairy.livejournal.com/94904.html

Tags: Берега свободы
Subscribe

  • Катя

    Увидев Катю, я едва не расплакался. Не от нахлынувших чувств, а от того, в каком состоянии я ее нашел. Грязные спутанные волосы, давно не стиранная…

  • Дебош на борту

    Из аэропорта Кеннеди Боинг со мной и бандитами на борту вылетел около пяти часов вечера. Я сидел у окна. Лишний проводил меня до места. Дождался,…

  • Лишний

    Меня ожидало впереди множество неприятных сюрпризов. Но моя американская эпопея, тем не менее, неизбежно катилась к финалу. Я понимал, что либо…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 2 comments