June 10th, 2014

Провал в памяти

Странно, должно быть, наблюдать человека, который только что перевернулся в машине, и был на грани смерти, а через мгновение суетливо выворачивает карманы тому, с кем вместе попал в аварию, потом лезет обратно в искореженный кузов и тащит из бардачка пакеты с таблетками и кое-что еще… А когда приезжает полиция, вдруг обнаруживается, что он исчез в ближайшем подлеске. Что его просто нет. Секунду назад был – и вдруг испарился.

Настоящее чудо, что я ничего себе не сломал. Но ушиб я получил сильный. И сотрясение мозга вдобавок. Это я определил после того как хорошенько проблевался. Затем я наглотался таблеток – те, которые было предписано принимать в случае крайней необходимости, а заодно принял утреннюю и вечернюю дозу, рассудив, что мне не помешает – ведь я снова пережил колоссальный стресс.

Впервые за долгое время хотелось выпить. Я вспомнил, что Дави рассказывал, что в этом штате делают отличный теннисийский вискарь. Правда, купить его можно далеко не в каждом округе. Но как только я наткнусь на Liquor Store, думал я, так сразу же затарюсь бухлом.



У Дави оказался в бардачке маленький дамский пистолетик Lady Smith – так было на нем написано. Шесть патронов в барабане, все на месте, я проверил. Изящная штучка, с рукояткой, отделанной деревом, Дави был большим эстетом и любил красивые вещи. Заодно я прихватил его мобильный телефон. И бумажник. Бумажник я выпотрошил, забрал наличные, и вышвырнул – все равно я не знал пароли от карт. Можно было, конечно, расплачиваться в магазине – под роспись, но это означало – оставлять заметный след, по которому меня вычислит полиция. Хотя я получил очередной ушиб головного мозга, но он все еще соображал.

Хорошо, что я ушел с места аварии. Полиция наверняка заинтересовалась бы моей личностью. Еще приехала бы скорая. А они любят осматривать вены. А вены у меня после двух месяцев лечения выглядят, как у наркомана со стажем. Все в черных точках и синяках от иглы. Докторам не объяснишь, что это капельница. И что я лечился эфедрином и метадоном. Так что для них я - опасный наркоман и убийца, и скорее всего – социопат, которого надо посадить в клетку.

Я тогда даже и не думал, что когда-нибудь в заснеженной России вдруг начну писать «записки социопата», сидя в собственном подмосковном доме, в домашнем халате и тапочках, за дубовым столом, который смело можно было бы назвать «за дубками», с ноутбуком. И моя жена будет в это время готовить вкусный ужин на всю семью. А мои дочки уже будут играть в компьютер друг с дружкой по сетке на втором этаже, в своей комнате… Если бы я только мог представить, что так будет, что я выживу и вернусь…
Collapse )